Сентябрь-октябрь №5(85), 2016



 

Часы: Без стрелок
Текст Елизавета Епифанова
Часы — не роскошь, а средство самовыражения. Несмотря на то что в искусстве измерения времени за последние сто лет было не так много по-настоящему новых фундаментальных изобретений, часовые мастера продолжают соревноваться в придумывании все более изощренных способов демонстрации часов и минут

В 2008 году как раз накануне экономического кризиса бренд Romain Jerome выпустил очень характерную для своего времени модель Titanic DNA Day-Night Tourbillon. Кроме ржавого корпуса с элементами обшивки затонувшего «Титаника» (скандальная концепция была придумана известным провокатором Иваном Арпой, в то время возглавлявшим марку), эти часы отличались еще и полным отсутствием стрелок. Циферблат украшали только два турбийона. Один работал в дневное время, другой — в ночное. Иван Арпа объяснял ошарашенным клиентам, что больше ничего от современных часов и не требуется. Есть двойная порция самого престижного механического усложнения и приблизительное представление о времени суток. А точное время можно посмотреть и в смартфоне. 

Хотя этот опус Romain Jerome и украсил собой практически все журнальные часовые обзоры, реальные клиенты такую фантазию не очень оценили. Полное пренебрежение функциональностью выглядит для знатоков часовой механики откровенно оскорбительным. 

Тем не менее мастера всегда пытались найти альтернативу «скучным» стрелкам, придумывая разные оригинальные способы индикации времени. Но такие, которые все-таки позволяли бы ответить на вопрос «Который час», хотя и после некоторого размышления. 

Время, вперед!

В интерьерных, и тем более больших башенных часах самовыражение мастеров всегда было ограничено только их собственной фантазией — достаточно вспомнить венецианских мавров на башне Святого Марка, устраивавших настоящую механическую мистерию времени. В наручных часах необычные способы индикации появились вместе со скачком технического прогресса в ХХ веке. 

Настоящий расцвет дизайна циферблатов начался после Второй мировой войны, когда инженеры стали всерьез задумываться о том, чем заменить традиционные стрелки. Скорее всего, предпосылки этого были психологические. Во-первых, весь цивилизованный мир окончательно пересел с лошадей на автомобили, и наручные аксессуары стали стремиться к тому, чтобы походить на вытянутые индикаторы приборных панелей. Во-вторых, само ощущение времени человечества перестало быть замкнутым, время шло исключительно вперед, как в знаменитой музыкальной композиции Свиридова. Казалось, еще чуть-чуть — и мы выйдем за пределы Солнечной системы или даже галактики, и как-то странно представить себе капитана космолета, глядящего на классический хронометр с «яблоками Бреге». Так, задолго до появления электронных дисплеев на смену круговой разметке и стрелкам пришли прямоугольные цифры, подвижные диски и разноцветные риски. 

Пионером стал известный часовой изобретатель Луи Котье. Еще в 1950-х он запатентовал механизм Cobra, в котором циферблат напоминал линейный спидометр. Правда, в данном случае художник сильно опередил свое время. «Кобру» так никто и не решился запустить в серию, и только через полвека патент Котье вдохновил двух других часовых бунтарей — Мартина Фрая и Феликса Баумгартнера — на создание в 2009 году модели Urwerk CC1 с несколькими линейными шкалами. 

А пока непонятая современниками линейная индикация нашла продолжение в более традиционной концепции часовых и минутных дисков. В 1969 году князь Франсуа де Башмакофф (известный художник и иллюстратор) придумал цифровые механические часы для Lip, тогда французского часового бренда № 1. А с изобретением кварцевого механизма была сметена последняя преграда между творческой фантазией и техническим воплощением. Пожалуй, самой знаковой моделью того периода можно считать культовые Color Time, созданные немецким графиком Тианом Харланом: черный круг с вырезанным треугольным сектором медленно парил над разноцветным циферблатом. Каждый час был обозначен собственным оттенком, минуты даже не предполагались. На вопрос, сколько времени, можно было ответить: «Пол-оранжевого». Color Time носили Ринго Старр, Шарль Азнавур и еще множество знаменитостей. Правда, и большинство субстанций, популярных в то время, сегодня находятся под строгим запретом. 

Птенцы «Опуса»

В 1990-е годы возрождение популярности классической часовой механики вновь вернуло авторитет профессии среди молодых мастеров, которые принесли в часовое искусство непременный бунтарский дух. Вианне Хальтер, братья Баумгартнер, Кристоф Кларе, Макс Бюссер — все они и не скрывали, что пришли в эту индустрию, чтобы хорошенько оттоптаться на традиционных часовых ценностях. И в первую очередь на классических способах индикации. 

Те же Фрай и Баумгартнер в своем проекте Urwerk задолго до линейной CC1 прославились своей известной конструкцией «сателлитного часа» UR-102 (кстати, позаимствованного у настольных часов папы Александра XV). Минутная шкала представляла собой полукруг, вдоль которого проплывали четыре каретки с часовой разметкой, помещенные на крестообразную карусель. Получалось, что одна из кареток, показывающая текущий час, в этот момент служила и минутной стрелкой. Феликс Баумгартнер признавал, что требуется время, чтобы привыкнуть к этим часам. Зато уверял: привыкнув, владелец и не посмотрит больше на обычные стрелки. Кстати, в 2015 году Urwerk усовершенствовал конструкцию, выпустив серию UR-105. Четырехплечевая карусель была заменена на более плавную и устойчивую круглую платформу, вращающуюся на керамических шарикоподшипниках. 

Но, пожалуй, главным идеологом необычной индикации, превратившим опыты нескольких фриков в целое движение, стал Максимилиан Бюссер, возглавлявший Harry Winston и в 2001 году запустивший знаменитый проект Opus. Каждый год специально приглашенный независимый мастер должен был представить новый концепт, суть которого состояла в как можно более оригинальном отображении времени. Первый «Опус», довольно-таки скучный турбийон, был создан Франсуа-Полем Журном, зато потом часовая фантазия просто зашкаливала. «Лупоглазый» Opus 3 Вианне Хальтера, «цифровая лента» Opus 8 Фредерика Гарино, цепная трансмиссия Opus 9 Жан-Марка Видеррехта, сателлитные, переворачивающиеся, планетарные индикации… В 2015 году вышел последний на сегодняшний день 14-й Opus, придуманный Франком Орни и Джонни Джирарденом, в котором диски с различной индикацией на циферблате можно переставлять, подобно пластинкам в музыкальном автомате. 

Из «Опуса» Harry Winston, как из гоголевской «Шинели», вышли самые авторитетные мастера часового абсурда. Кристоф Кларе, создавший Opus 4, затем в собственной авангардной премьере 2012 года X-Trem сумел приручить главного врага часовой механики — магнитное поле. Время отображается не традиционными стрелками, а с помощью стального шарика, который под воздействием магнита перемещается в стеклянной трубке. Трубка с часовой индикацией расположена на левой стороне циферблата, минутная трубка — справа. В центре находится шикарный парящий турбийон, наклоненный под углом 30о. На выставке в Базеле в 2016-м Кларе представил новую версию в корпусе из дамасской стали. На задней крышке можно видеть также два заводных барабана: для самого механизма и отдельный для магнитной индикации.

А сам господин Бюссер, покинувший Harry Winston, основал уже собственный проект MB & F (Maximilian BÜsser & Friends), в 2015 году отметивший 10-летие. За эти годы Бюссер и друзья представили целый ряд моделей со странной индикацией, которые получили специальное название «часовые машины». Самая свежая премьера — HM4 Sapphire Vision — представляет собой биоморфный корпус из двух прозрачных сапфировых пластин с четырьмя куполами. В двух из них находятся выпуклые цифровые индикаторы часов и минут, а еще в двух — вращающиеся турбины. В центре между куполами расположился панорамный турбийон. 

Еще один швейцарский независимый мастер Даниэль Небель, основавший собственную скромную марку Nord Zeitmaschine, решил применить необычный подход не столько к самому виду часовой индикации, сколько к ее траектории. Он заставил стрелки двигаться по странной синусоиде, а в премьере 2016 года — Freesdial — сама часовая шкала меняет положение на циферблате: чтобы под нее подстроиться, стрелка изменяет собственную длину. Да-да, часовая стрелка складывается и раздвигается по ходу движения благодаря 15 встроенным подшипникам. 

Впрочем, всех экспериментаторов, включая Бюссера и его друзей, значительно превзошел самый необычный современный часовой проект — HYT, представляющий первую в мире гидромеханическую индикацию. Вместо часовой стрелки в ней находится миниатюрная трубка (полукруг-лая в моделях H1, H2 и Н4, прямая — в модели Н3 или в форме черепа в особой серии Skull), по которой цветная жидкость час за часом перетекает из одного резервуара в другой благодаря двум встроенным в механизм помпам. Жидкость является смесью минерального масла и антифриза, поэтому часы должны работать и при жестких минусовых температурах.

Лабиринты разума

Все это время речь шла о независимых часовых ателье, известных в основном часовым экспертам. Но и глобальные бренды не прочь проявить фантазию. Тут нельзя не вспомнить Ulysse Nardin — бренд с таким хорошим чувством самоиронии, что его модели с чудной планетарной индикацией получили соответствующие имена: Freak и Moonstruck («уродец» и «чудик»). Кстати, Freak, в котором минутная стрелка является одновременно и платформой для всего механизма, и карусельным турбийоном, в 2016 году облачился в суперсовременный выносливый корпус из карбона. Кроме того, коллекция 2016 года от Ulysse Nardin пополнилась еще одним необычным опусом: в честь 20-летия линии Marine был создан потрясающий Grand Deck Tourbillon, в котором над деревянной «палубой» циферблата парит ретроградный указатель минут в виде настоящего гика, подвешенного на нанотросах. Между прочим, саму конструкцию изначально придумал все тот же неутомимый Кристоф Кларе. 

Есть свои «фрики» и в области доступной механики. Например, марка Juvenia, уже полвека выпускающая часы Sextant. В них секундная стрелка сделана в виде компаса, минутная — в форме чертежной стрелы, а часовая представляет собой градуированный «лимб» навигационного секстанта, известный школьникам как транспортир. В часах Sextant в 2007 году Джонни Депп снялся для журнала Esquire, поскольку в то время как раз вживался в роль элегантного гангстера Джона Диллинджера. 

Любители устного счета могут вспомнить странное порождение эры кибернетики — так называемые бинарные часы, в которых время зашифровано в двух (или трех — для секунд) колонках светящихся точек, которые надо особым образом складывать, чтобы получить правильное время. Впрочем, для знатоков математики есть и более традиционная «высокая» механика — De Witt Academia Mathematical, дизайнерские часы с двумя дисками цифр под полупрозрачным сапфировым циферблатом, которые создают ощущение непрерывно работающего арифмометра. Эта модель, представленная в прошлом году, уже завоевала множество часовых наград. 

Заставить циферблат ходить ходуном, а сателлиты, диски и планетарии исполнять странный танец — задача бесконечно увлекательная. Но до какого предела можно раздвигать границы часовой логики? Художественный директор Jaeger-LeCoultre Янек Делешкевич считает, что единственный часовой критерий — это наличие регулятора, то есть устройства, фиксирующего равные отрезки времени. Стрелки и цифры уже вторичны. Так ли это? Например, бренд Hautlence в премьере 2016 года Labyrinth доказывает, что прекрасно можно обойтись вообще без механизма. Циферблат в этом аксессуаре представляет собой знаменитую детскую игру, в которой надо гонять шарик по лабиринту, пока он не упадет в лунку. Некая механика тут тоже присутствует — запатентованное устройство, выплевывающее шарик обратно к началу игры. Глава Hautlence Сандро Реджинелли считает, что новая модель вполне выполняет свою практическую функцию: погонял шарик — вот и час прошел. Все в этом мире относительно, даже время.

 
 
Перепечатка текcтов и фотографий, а также цитирование материалов журнала "Yachting" только с разрешения редакции, ссылка на журнал обязательна. Copyright © 2003 "Yachting"; E-mail: info@y-m.ru
Яндекс.Метрика Рейтинг - яхты и катера
Катера и яхты :: Burevestnik Group