ноябрь-декабрь №6(14), 2004



 

Атрибут: Сила
Иван Падерин
В Монако прошла презентация Bugatti Veyron. И поскольку уже не нужно никому объяснять, что это за автомобиль, и соответственно, почему именно в Монако, то нужно лишь пояснить смысл слова «презентация».

Это одно из цепи «буферных» мероприятий, плавно подводящих публику к главному событию – выпуску первого автомобиля из товарной партии. Индустриальный акт и должен бы, по идее, поставить точку в истории самого амбициозного и явно затянувшегося автомобильного долгостроя. Ведь Veyron был впервые представлен пять лет назад в Токио и до сих пор считается не сданным объектом. Однако, как стало известно в

Монако, все сто пятьдесят экземпляров Bugatti Veyron 16.4, предназначенные для продажи, уже нашли своих владельцев «на стадии фундамента» – по цене один миллион евро, т.е. 112 108 евро за квадратный метр автомобиля. Поэтому с коммерческой точки зрения показ машины даже в самом золотоносном месте Европы уже ничего не решал. Публика ходила, фотографировалась на фоне, можно сказать на брудершафт с «Вейроном», и даже не пыталась спрашивать: «а на какой скорости поднимается антикрыло?». Это я спросил. И к такому вопросу очаровательная фрау-мадам из PR-бюро Bugatti (надо сказать, что рабочая одежда у них на фирме мало отличается от коктейльных платьев для Mercedes-party) была готова. Готова ровно настолько, насколько это было интересно окружающим: «150 или 250 км/ч, испытания продолжаются».

В этом-то и была претензия очередного показа. Это было формальное мероприятие самого формального из всех подразделений концерна Volkswagen. Оно проходило в рамках Monaco Yaсht Show, в четырехстах метрах от того места, где установлен бронзовый памятник прославленному гонщику 30-х – Пьеру Вейрону в автомобиле Bugatti T35 и в ста пятидесяти метрах от бюста другому ассу «золотой эпохи» – Луису Широну. Презентация была тихой и спокойной, как и подобает презентации самого дорогого и самого мощного легкового автомобиля всех времен. Видимо, испытания тысячесильного монстра, способного разогнаться сверх 400 км/ч, действительно входят в завершающую стадию, и с осени 2005-го, как обещают, тот начнет тиражироваться промышленно. Но вопрос с антикрылом и вообще с устойчивостью на сверхскоростях повисает над «Вейроном» домокловым мечом. Ходили слухи, что нынешнее поколение инженеров оказалось не готовым к разработке шасси, способного под управлением НЕгонщика-профессионала безопасно просвистывать 111 метров за секунду. Что вы хотите, когда сам Шумахер редко разгонялся до 100 м/с. Люди, не имеющие никакого отношения к Bugatti, но весьма осведомленные вообще во всем, что сейчас нарабатывается и испытывается в Европе, говорят, мол, Фердинанд Пих проехался на Veyron и остался недоволен, мол, не так должны ездить машины за миллион. Тут ваш покорный слуга хотел бы представить, что Пих наверняка имел в виду эталон российского танка Т90 – какие же еще есть машины за миллион? Но, признаться, всегда отдавал и отдаю должное его таланту генерировать великие почины и доводить их до ума, до собственной высочайшей омологации.

Права на известную французскую марку тогдашний шеф крупного германского автоконцерна купил в 1998 году, практически одновременно с правами на реликтовую Bentley и тщеславную Lamborghini. Таким образом, он подмел все супербренды, какие еще оставались вне процессов глобализации. Покупка Bugatti для Пиха вовсе не была конъюнктурной. Он только «прибрал к рукам», что в данном случае означает «наконец-то пристроил в хорошие руки». Ведь за последние 50 лет предпринимались две разрозненные попытки воскресить Bugatti именно как автомобильное производство. Еще пару лет люди Пиха занимались «зачисткой» от прав третьих лиц на очки, зонты и кейсы с галстуками, «ходившими» под маркой Bugatti. Так что за будущее марки можно уже не беспокоиться. (Это мы к тому, что у русских какое-то платоническое отношение что к Bugatti, что к Ferrari, что к США: типа, как там они без нас, голодают, небось). Автомобиль этой марки мог бы позиционироваться только как сверхисключительный, сверхдорогой и почти недоступный – что сейчас и произошло. Классические Bugatti 30-х традиционно имели самую высокую перепродажную цену. Один из семи, выпущенных в 1927-33 годах, Bugatti T41 Royale вообще был продан за $ 22 млн. Что касается мощности модели Veyron 16.4 (количество цилиндров и турбин), то лишь четырехзначное число лошадиных сил может как-то оправдать семизначность ценника. И стоит ли говорить о том, что машина, которую уже никто не купит, сделана великолепно. Великолепная лепнина впускных трактов выступает наружу из заднего моторного отсека, огромный циферблат тахометра с «восьмеркой» на конце шкалы и красной зоной от «шести с половиной», алюминиевая «подкова» фирменной фальш-радиаторной решетки...     

 
 
Перепечатка текcтов и фотографий, а также цитирование материалов журнала "Yachting" только с разрешения редакции, ссылка на журнал обязательна. Copyright © 2003 "Yachting"; E-mail: info@y-m.ru
Яндекс.Метрика Рейтинг - яхты и катера
Катера и яхты :: Burevestnik Group